Полный цикл производства РЗМ в России важнее вопросов экономики? | ![]() |
Новости | ![]() |
Аналитика и цены | ![]() |
Металлоторговля | ![]() |
Доска объявлений | ![]() |
Подписка | ![]() |
Реклама |
![]() |
17.07.2024
Полный цикл производства РЗМ в России важнее вопросов экономики?
Редкоземельные металлы (РЗМ) необходимы для производства множества современных высокотехнологичных товаров, например беспилотников, электромобилей, микроэлектроники и лазерного оборудования. Абсолютным мировым лидером в производстве РЗМ долгие годы остается Китай, монополия которого начинает вызывать беспокойство у других стран. Россия обладает внушительными запасами РЗМ в недрах, но от Советского Союза стране достались лишь два предприятия, добывающие редкоземельные металлы. Недавно они были национализированы. Как они будут развиваться, какие еще есть варианты добычи РЗМ в России и, главное, есть ли в этом экономическая целесообразность?
К группе редкоземельных относят 17 металлов разных оттенков серебристых и серых цветов, которые используются в автомобилестроении, электронике, военной промышленности. Начало добыче РЗМ было положено еще в конце XVIII века, когда лейтенант шведской армии и минералог-любитель Карл Аррениус открыл минерал, получивший название иттербит, а финский химик Иоганн Гадолин через какое-то время выделил из него иттерий, ставший первым известным науке редкоземельным металлом.
Редкоземельными такие металлы называют в первую очередь потому, что они почти не встречаются в природе в чистом виде. Как правило, их обнаруживают в составе минералов вперемешку с другими элементами, отделить от которых их достаточно сложно. А использование даже небольшого количества РЗМ в сплавах значительно улучшает свойства последних, благодаря чему редкоземельные металлы еще называют «витаминами промышленности».
Растущий рынок
Различные исследования предрекают рынку РЗМ стремительный рост в ближайшие годы. Согласно недавнему обзору исследовательской компании Verified Market Research (VMR), объем мирового рынка редкоземельных металлов в 2023 году составлял $4,84 млрд, к 2030 году он может вырасти более чем вдвое, до $10,78 млрд.
По расчетам другой исследовательской компании, Research and Markets, объем рынка РЗМ должен вырасти с $7,05 млрд в 2023 году до $7,62 млрд в 2024-м, а уже в 2028-м должен достичь $9,38 млрд. «Исторически сложилось так, что Китай контролировал значительную часть мощностей по добыче, переработке и аффинажу редкоземельных металлов, — говорится в обзоре. — Стремясь уменьшить свою зависимость от Китая, ряд стран, включая США, Австралию и Канаду, стали инвестировать в добычу, разведку и переработку сырья, содержащего РЗМ».
Цены на РЗМ существенно разнятся, потому что все они применяются в разных отраслях промышленности. По данным Shanghai Metals Market, самыми дешевыми РЗМ на сегодня являются лантан, используемый в составе различных катализаторов для крекинга нефти, в люминофорах и в качестве компонента коррозионностойких и жаропрочных сплавов, а также церий, применяемый при производстве источников света, катализаторов, огнеупорных, термоэлектрических и абразивных материалов. Их средняя цена — 25 000 юаней (примерно $3400) за тонну.
Самым дорогим редкоземельным металлом является скандий. Алюминиево-скандиевые сплавы востребованы в аэрокосмической отрасли, а соединения скандия используются в производстве лазеров, магнитогидродинамических генераторов для атомных станций, солнечных батарей, рентгеновских зеркал. Его цена в зависимости от чистоты составляет 26 500–33 500 юаней ($3600–4600) за килограмм.
Нужные и важные
В исследовании VMR указаны причины роста спроса на редкоземельные металлы: они необходимы для производства жидкокристаллических экранов смартфонов, аккумуляторов электромобилей, солнечных панелей, ветряных турбин и различного оборудования для оборонной промышленности. Другими словам, РЗМ незаменимы в высокотехнологичных и набирающих обороты отраслях.
С этим согласны и опрошенные Forbes эксперты. РЗМ являются «витаминами промышленности», объясняет Forbes председатель Ассоциации редких и редкоземельных металлов (Ассоциации РЗ и РЗМ) России, с 2023 года возглавляющий Соликамский магниевый завод (СМЗ), Руслан Димухамедов. «РЗМ потребляются в небольших количествах, но при этом существенно улучшают качественные характеристики материалов, в которых они применяются», — отмечает он.
«Мировой спрос на отдельные РЗМ отличается очень высокой нестабильностью, — уточняет аналитик ИГ «Финам» Алексей Калачев. — Быстрая смена технологий, особенно в сфере электроники, на время делает востребованными и дорогими одни редкие металлы, в то время как потребность в других снижается». По словам Димухамедова, сегодня наиболее популярная сфера применения РЗМ — сверхмощные постоянные магниты, которые используют в производстве двигателей. «Магниты системы «самарий-кобальт» мощнее традиционных ферритовых магнитов в два-три раза, а магниты «неодим-железо-бор» — в пять-десять раз, — объясняет Димухамедов. — Двигатели на этих магнитах намного мощнее и компактнее традиционных. Сформировавшаяся сегодня отрасль беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) была бы невозможна без таких магнитов». Эксперт приводит и еще один пример применения РЗМ. «Cамый быстрый серийный автомобиль с двигателем внутреннего сгорания Bugatti Veyron способен разгоняться до 100 км/ч за 2,5 секунды, — говорит Димухамедов. — Стоит такой автомобиль около $2 млн. А электромобиль Tesla Model S Plaid (в производстве которого используется РЗМ) разгоняется до 100 км/ч за 2,1 секунды, а стоит в 16 раз дешевле — $120 000».
Недосягаемый лидер
Главным тяжеловесом, способным фактически в одиночку влиять на весь мировой рынок РЗМ, уже много лет является Китай. «Благодаря государственной поддержке, в Китае создано большое число предприятий по выпуску редкоземельных металлов, — объясняет независимый промышленный аналитик Леонид Хазанов. — В результате Китай стал лидером на глобальном рынке: по итогам 2023 года КНР выпустила 240 000 т РЗМ, или 69% из 350 000 т, произведенных в мире».
Выгоды от доминирующего положения налицо. «Китай давно использует РЗМ в качестве инструмента давления на США, которые регулярно применяют к нему различные торговые ограничения, — говорит главный стратег инвестиционной компании «Вектор Икс» Максим Худалов. — В случае попыток американцев наладить собственное производство РЗМ, Пекин выводит на рынок избыточные объемы и тем самым делает нерентабельным развитие добычи».
Как это выглядит на практике? Объемы китайского экспорта РЗМ зависят от устанавливаемых государством два-три раза в год квот на их добычу и производство. Как сообщает S&P Global, в феврале 2024 года Китай опубликовал первую партию квот: 135 000 т на добычу и 127 000 т — на производство, увеличив их объемы соответственно на 12,5% и 10,4%. Спрос на РЗМ в этом году ниже, чем предполагалось ранее, и, если китайские квоты и дальше будут расти, цены на рынке будут падать, прогнозирует отраслевой портал mining.com. По данным портала, только за первые четыре месяца 2024 года Китай поставил на рынки почти 18 050 т РЗМ, что на 10% больше, чем за аналогичный период 2023-го.
«В свое время из-за ценовой нестабильности и падения потребления редкоземельных металлов многие страны, ранее их производившие, свернули свои производства, в то время как Китай, напротив, сделал большие инвестиции в добычу широкого круга РЗМ, — добавляет Калачев из «Финама». — Это позволило ему сосредоточить львиную долю мирового производства, а сейчас фактически ставить свои условия рынку. В том числе в качестве аргумента в торговой войне с ЕС и США. На фоне этой угрозы в ряде развитых стран поднимают вопрос о возобновлении собственного производства некоторых РЗМ».
Запасливая Россия
Россия обладает одной из крупнейших в мире сырьевых баз РЗМ, хотя единой оценки объемов не существует. По официальным данным от 2017 года, в России учтены запасы 26,9 млн т РЗМ (учитываются триоксиды редкоземельных металлов), что позволяет стране занимать второе место в мире, уступая только Китаю. Федеральное агентство по недропользованию (Роснедра) в 2024 году сообщило о запасах РЗМ уже в 28,7 млн т.
Но геологическая службы США (USGS) в 2023 году оценивала российские запасы РЗМ в пересчете на оксиды всего в 10 млн т, поставив страну на четвертое место после Китая (44 млн т), Вьетнама (22 млн т) и Бразилии (21 млн т). Хотя в предыдущих обзорах (2022 и 2021 годов) USGS оценивала российские запасы в 21 млн т. Оценка запасов в Китае, Вьетнаме и Бразилии с 2021 года не поменялась. На момент выхода материала USGS не ответила на обращение Forbes с просьбой о разъяснениях.
В Советском Союзе существовала мощная редкоземельная отрасль, представленная рудниками и заводами, расположенными в разных республиках, напоминает независимый эксперт Хазанов. После распада СССР кооперационные связи между предприятиями довольно быстро разрушились, и фактически на сегодня в России от былого величия остались лишь Ловозерский ГОК в Мурманской области и Соликамский магниевый завод (СМЗ) в Пермском крае.
До 2022 года оба предприятия принадлежали экс-миллиардеру Петру Кондрашеву и его партнерам. В 2022 году их акции по решению суда отошли государству, а в 2023 году Росимущество передало предприятия «Росатому».
Как устроен бизнес национализированных предприятий? Ловозерский ГОК добывает руду на одноименном Ловозерском месторождении и обогащает ее, получая так называемый лопаритовый концентрат. Содержание оксидов РЗМ в руде на месторождении оценивается в 2,6 млн т. Мощность ГОКа составляет порядка 8000 т концентрата в год, но ее предполагается увеличить до 10 000–12 000 т. По данным «СПАРК-Интерфакса», выручка ООО «Ловозерский ГОК» в 2023 году составила 2,5 млрд рублей, в 2022 году — 2,1 млрд рублей. Лопаритовый концентрат затем поступает на СМЗ, где из него производят полуфабрикаты — карбонаты лантана, неодима, церия, прометия, гадолиния, европия. За первое полугодие 2023 года СМЗ выпустил 962 т карбонатов РЗМ. Выручка АО «СЗМ» в 2022 году составила 13 млрд рублей, в 2023-м — 12,4 млрд рублей.
«Чтобы извлечь металлы, необходимые промышленности, нужно выделить из минералов их отдельные оксиды, а далее выстраивать цепочку: от оксидов в металлы, от металлов в лигатуры, от лигатур к изделиям, — говорит начальник управления аналитики по рынку ценных бумаг Альфа-банка Борис Красноженов. — Предприятий, способных это делать в промышленных масштабах, в России нет».
Технология разделения РЗМ была разработана и внедрена еще 50 лет назад в Советском Союзе, уточняет Димухамедов. Один завод по разделению был построен в Эстонии, другой — в Казахстане. Казахстанский завод прекратил работать с РЗМ, зато эстонский продолжает выпускать оксиды РЗМ, а сырье в виде карбонатов получал от СЗМ как минимум до 2023 года. Сейчас завод называется NPM Silmet, входит в канадскую группу Neo Performance Materials, его производственная мощность составляет 3200 т РЗМ. В годовом отчете за 2023 год сказано, что «Silmet получает большую часть редкоземельного сырья от российского поставщика». Там же подчеркивается, что предприятие не поставляет продукции в Россию и другим клиентам, которые могут быть связаны с Россией. В Silmet не ответили на запрос Forbes.
На протяжении последних 20 лет в России предпринимались и альтернативные попытки выйти на рынок РЗМ, но успешных пока не было. Например, расположенное в Якутии Томторское месторождение — одно из крупнейших в мире по содержанию РЗМ: в пересчете на оксиды их запасы оцениваются в 3,2 млн т. Аукцион на право пользования месторождением еще в 2014 году выиграло совместное предприятие «Ростеха» и группы ИСТ экс-миллиардера Александра Несиса и партнеров — «Триаркмайнинг». Предполагалось начать добычу в 2019–2020 годах, а также построить в забайкальском Краснокаменске гидрометаллургический комбинат. Но в 2019 году «Ростех» вышел из проекта. Несмотря на многолетние усилия группы ИСТ, особого успеха в освоении Томторского месторождения достигнуто не было, говорит Хазанов. Худалов из «Вектора Икс» полагает, что хотя сроки освоения Томторского месторождения сдвинулись, добыча на нем все же начнется. «Думаю, первую руду мы увидим в 2026–2028 годах», — говорит он. Связаться с группой ИСТ и ее владельцами Forbes не удалось.
Еще одну попытку предпринял в 2016 году производитель удобрений «Акрон», запустив в Великом Новгороде выпуск оксидов РЗМ из апатит-нефелиновых руд, обогащенных на принадлежащем компании ГОК «Олений Ручей» в Мурманской области. Объем инвестиций составил $50 млн. Однако из-за низкой рентабельности производство было остановлено в 2021 году.
В погоне за суверенитетом
Получив в свое распоряжение СМЗ и Ловозерский ГОК, «Росатом» планирует в ближайшие два года вложить в оба предприятия 7,5 млрд рублей, чтобы построить новый завод по производству не полуфабрикатов, а именно РЗМ в чистом виде и в виде оксидов. Почему это произошло только сейчас?
«Ранее преобладало мнение о возможности полагаться на зарубежную продукцию в этом сегменте, но сейчас стало очевидно, что без собственных решений страна становится чрезвычайно уязвимой к внешнему давлению, — говорит Худалов из «Вектора Икс». — Китай сегодня дружественная нам страна, но китайские компании боятся западных санкций, что заставляет их вводить ограничения на поставки в Россию».
«В собственном производстве РЗМ было да и, наверное, остается не так много экономической целесообразности, — рассуждает Калачев из «Финама». — Перспективные месторождения, как правило, расположены на труднодоступных территориях с суровыми природными условиями и с отсутствующей транспортной и энергетической инфраструктурой. Плюс в стране практически нет технологий и особенно производства соответствующего технологического оборудования для выделения и разделения отдельных РЗМ из добываемых полиметаллических руд. А главное — отсутствует гарантированный спрос на отдельные металлы в количестве, достаточном, чтобы окупить инвестиции и операционные затраты на производство».
Эксплуатация действующих зарубежных заводов была более выгодной, чем строительство в Соликамске нового, объясняет Димухамедов. «Ведь завод — это не только железо, — говорит он. — Это еще и персонал, отлаженные техпроцессы, портфель покупателей. Но в последние годы мы осознаем, что технологический суверенитет становится важнее, чем вопросы экономики».
В рамках подпрограммы в составе госпрограммы «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» профинансирован и исполнен широкий ряд научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) по созданию современных технологий переработки редкоземельного сырья и выпуску отдельных видов продукции на основе РЗМ, говорит Димухамедов. Кроме того, были выполнены работы по поиску новых сырьевых источников РЗМ. «Так что сырье и технологии у нас есть, теперь стоит задача по исполнению следующего этапа — строительства предприятий, добывающих и перерабатывающих РЗМ», — заключает эксперт. По его словам, первая опытная установка по разделению РЗМ уже построена на площадке технологического партнера СМЗ — группы «Русредмет», который выступил подрядчиком по ее созданию. В планах СМЗ построить завод в 2026 году, а с 2027-го выпускать первые партии товарной продукции.
Текущая российская потребность в РЗМ оценивается в диапазоне 2000–3000 т в год, говорит Димухамедов. «Эта цифра плавает год от года, но в целом будет только расти», — уверен гендиректор СМЗ.
«Проект СМЗ по продлению цепочки извлечения редких земель из руд Ловозерского ГОКа может рассматриваться как полноценная альтернатива и импорту, и эксплуатации Томторского месторождения, — подытоживает Хазанов. — Его главное преимущество — возможность создания нового производства на площадке действующего предприятия в относительно сжатые сроки и за сравнительно небольшие деньги. В принципе его проектной мощности должно хватить на удовлетворение внутреннего потребления в России».
К группе редкоземельных относят 17 металлов разных оттенков серебристых и серых цветов, которые используются в автомобилестроении, электронике, военной промышленности. Начало добыче РЗМ было положено еще в конце XVIII века, когда лейтенант шведской армии и минералог-любитель Карл Аррениус открыл минерал, получивший название иттербит, а финский химик Иоганн Гадолин через какое-то время выделил из него иттерий, ставший первым известным науке редкоземельным металлом.
Редкоземельными такие металлы называют в первую очередь потому, что они почти не встречаются в природе в чистом виде. Как правило, их обнаруживают в составе минералов вперемешку с другими элементами, отделить от которых их достаточно сложно. А использование даже небольшого количества РЗМ в сплавах значительно улучшает свойства последних, благодаря чему редкоземельные металлы еще называют «витаминами промышленности».
Растущий рынок
Различные исследования предрекают рынку РЗМ стремительный рост в ближайшие годы. Согласно недавнему обзору исследовательской компании Verified Market Research (VMR), объем мирового рынка редкоземельных металлов в 2023 году составлял $4,84 млрд, к 2030 году он может вырасти более чем вдвое, до $10,78 млрд.
По расчетам другой исследовательской компании, Research and Markets, объем рынка РЗМ должен вырасти с $7,05 млрд в 2023 году до $7,62 млрд в 2024-м, а уже в 2028-м должен достичь $9,38 млрд. «Исторически сложилось так, что Китай контролировал значительную часть мощностей по добыче, переработке и аффинажу редкоземельных металлов, — говорится в обзоре. — Стремясь уменьшить свою зависимость от Китая, ряд стран, включая США, Австралию и Канаду, стали инвестировать в добычу, разведку и переработку сырья, содержащего РЗМ».
Цены на РЗМ существенно разнятся, потому что все они применяются в разных отраслях промышленности. По данным Shanghai Metals Market, самыми дешевыми РЗМ на сегодня являются лантан, используемый в составе различных катализаторов для крекинга нефти, в люминофорах и в качестве компонента коррозионностойких и жаропрочных сплавов, а также церий, применяемый при производстве источников света, катализаторов, огнеупорных, термоэлектрических и абразивных материалов. Их средняя цена — 25 000 юаней (примерно $3400) за тонну.
Самым дорогим редкоземельным металлом является скандий. Алюминиево-скандиевые сплавы востребованы в аэрокосмической отрасли, а соединения скандия используются в производстве лазеров, магнитогидродинамических генераторов для атомных станций, солнечных батарей, рентгеновских зеркал. Его цена в зависимости от чистоты составляет 26 500–33 500 юаней ($3600–4600) за килограмм.
Нужные и важные
В исследовании VMR указаны причины роста спроса на редкоземельные металлы: они необходимы для производства жидкокристаллических экранов смартфонов, аккумуляторов электромобилей, солнечных панелей, ветряных турбин и различного оборудования для оборонной промышленности. Другими словам, РЗМ незаменимы в высокотехнологичных и набирающих обороты отраслях.
С этим согласны и опрошенные Forbes эксперты. РЗМ являются «витаминами промышленности», объясняет Forbes председатель Ассоциации редких и редкоземельных металлов (Ассоциации РЗ и РЗМ) России, с 2023 года возглавляющий Соликамский магниевый завод (СМЗ), Руслан Димухамедов. «РЗМ потребляются в небольших количествах, но при этом существенно улучшают качественные характеристики материалов, в которых они применяются», — отмечает он.
«Мировой спрос на отдельные РЗМ отличается очень высокой нестабильностью, — уточняет аналитик ИГ «Финам» Алексей Калачев. — Быстрая смена технологий, особенно в сфере электроники, на время делает востребованными и дорогими одни редкие металлы, в то время как потребность в других снижается». По словам Димухамедова, сегодня наиболее популярная сфера применения РЗМ — сверхмощные постоянные магниты, которые используют в производстве двигателей. «Магниты системы «самарий-кобальт» мощнее традиционных ферритовых магнитов в два-три раза, а магниты «неодим-железо-бор» — в пять-десять раз, — объясняет Димухамедов. — Двигатели на этих магнитах намного мощнее и компактнее традиционных. Сформировавшаяся сегодня отрасль беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) была бы невозможна без таких магнитов». Эксперт приводит и еще один пример применения РЗМ. «Cамый быстрый серийный автомобиль с двигателем внутреннего сгорания Bugatti Veyron способен разгоняться до 100 км/ч за 2,5 секунды, — говорит Димухамедов. — Стоит такой автомобиль около $2 млн. А электромобиль Tesla Model S Plaid (в производстве которого используется РЗМ) разгоняется до 100 км/ч за 2,1 секунды, а стоит в 16 раз дешевле — $120 000».
Недосягаемый лидер
Главным тяжеловесом, способным фактически в одиночку влиять на весь мировой рынок РЗМ, уже много лет является Китай. «Благодаря государственной поддержке, в Китае создано большое число предприятий по выпуску редкоземельных металлов, — объясняет независимый промышленный аналитик Леонид Хазанов. — В результате Китай стал лидером на глобальном рынке: по итогам 2023 года КНР выпустила 240 000 т РЗМ, или 69% из 350 000 т, произведенных в мире».
Выгоды от доминирующего положения налицо. «Китай давно использует РЗМ в качестве инструмента давления на США, которые регулярно применяют к нему различные торговые ограничения, — говорит главный стратег инвестиционной компании «Вектор Икс» Максим Худалов. — В случае попыток американцев наладить собственное производство РЗМ, Пекин выводит на рынок избыточные объемы и тем самым делает нерентабельным развитие добычи».
Как это выглядит на практике? Объемы китайского экспорта РЗМ зависят от устанавливаемых государством два-три раза в год квот на их добычу и производство. Как сообщает S&P Global, в феврале 2024 года Китай опубликовал первую партию квот: 135 000 т на добычу и 127 000 т — на производство, увеличив их объемы соответственно на 12,5% и 10,4%. Спрос на РЗМ в этом году ниже, чем предполагалось ранее, и, если китайские квоты и дальше будут расти, цены на рынке будут падать, прогнозирует отраслевой портал mining.com. По данным портала, только за первые четыре месяца 2024 года Китай поставил на рынки почти 18 050 т РЗМ, что на 10% больше, чем за аналогичный период 2023-го.
«В свое время из-за ценовой нестабильности и падения потребления редкоземельных металлов многие страны, ранее их производившие, свернули свои производства, в то время как Китай, напротив, сделал большие инвестиции в добычу широкого круга РЗМ, — добавляет Калачев из «Финама». — Это позволило ему сосредоточить львиную долю мирового производства, а сейчас фактически ставить свои условия рынку. В том числе в качестве аргумента в торговой войне с ЕС и США. На фоне этой угрозы в ряде развитых стран поднимают вопрос о возобновлении собственного производства некоторых РЗМ».
Запасливая Россия
Россия обладает одной из крупнейших в мире сырьевых баз РЗМ, хотя единой оценки объемов не существует. По официальным данным от 2017 года, в России учтены запасы 26,9 млн т РЗМ (учитываются триоксиды редкоземельных металлов), что позволяет стране занимать второе место в мире, уступая только Китаю. Федеральное агентство по недропользованию (Роснедра) в 2024 году сообщило о запасах РЗМ уже в 28,7 млн т.
Но геологическая службы США (USGS) в 2023 году оценивала российские запасы РЗМ в пересчете на оксиды всего в 10 млн т, поставив страну на четвертое место после Китая (44 млн т), Вьетнама (22 млн т) и Бразилии (21 млн т). Хотя в предыдущих обзорах (2022 и 2021 годов) USGS оценивала российские запасы в 21 млн т. Оценка запасов в Китае, Вьетнаме и Бразилии с 2021 года не поменялась. На момент выхода материала USGS не ответила на обращение Forbes с просьбой о разъяснениях.
В Советском Союзе существовала мощная редкоземельная отрасль, представленная рудниками и заводами, расположенными в разных республиках, напоминает независимый эксперт Хазанов. После распада СССР кооперационные связи между предприятиями довольно быстро разрушились, и фактически на сегодня в России от былого величия остались лишь Ловозерский ГОК в Мурманской области и Соликамский магниевый завод (СМЗ) в Пермском крае.
До 2022 года оба предприятия принадлежали экс-миллиардеру Петру Кондрашеву и его партнерам. В 2022 году их акции по решению суда отошли государству, а в 2023 году Росимущество передало предприятия «Росатому».
Как устроен бизнес национализированных предприятий? Ловозерский ГОК добывает руду на одноименном Ловозерском месторождении и обогащает ее, получая так называемый лопаритовый концентрат. Содержание оксидов РЗМ в руде на месторождении оценивается в 2,6 млн т. Мощность ГОКа составляет порядка 8000 т концентрата в год, но ее предполагается увеличить до 10 000–12 000 т. По данным «СПАРК-Интерфакса», выручка ООО «Ловозерский ГОК» в 2023 году составила 2,5 млрд рублей, в 2022 году — 2,1 млрд рублей. Лопаритовый концентрат затем поступает на СМЗ, где из него производят полуфабрикаты — карбонаты лантана, неодима, церия, прометия, гадолиния, европия. За первое полугодие 2023 года СМЗ выпустил 962 т карбонатов РЗМ. Выручка АО «СЗМ» в 2022 году составила 13 млрд рублей, в 2023-м — 12,4 млрд рублей.
«Чтобы извлечь металлы, необходимые промышленности, нужно выделить из минералов их отдельные оксиды, а далее выстраивать цепочку: от оксидов в металлы, от металлов в лигатуры, от лигатур к изделиям, — говорит начальник управления аналитики по рынку ценных бумаг Альфа-банка Борис Красноженов. — Предприятий, способных это делать в промышленных масштабах, в России нет».
Технология разделения РЗМ была разработана и внедрена еще 50 лет назад в Советском Союзе, уточняет Димухамедов. Один завод по разделению был построен в Эстонии, другой — в Казахстане. Казахстанский завод прекратил работать с РЗМ, зато эстонский продолжает выпускать оксиды РЗМ, а сырье в виде карбонатов получал от СЗМ как минимум до 2023 года. Сейчас завод называется NPM Silmet, входит в канадскую группу Neo Performance Materials, его производственная мощность составляет 3200 т РЗМ. В годовом отчете за 2023 год сказано, что «Silmet получает большую часть редкоземельного сырья от российского поставщика». Там же подчеркивается, что предприятие не поставляет продукции в Россию и другим клиентам, которые могут быть связаны с Россией. В Silmet не ответили на запрос Forbes.
На протяжении последних 20 лет в России предпринимались и альтернативные попытки выйти на рынок РЗМ, но успешных пока не было. Например, расположенное в Якутии Томторское месторождение — одно из крупнейших в мире по содержанию РЗМ: в пересчете на оксиды их запасы оцениваются в 3,2 млн т. Аукцион на право пользования месторождением еще в 2014 году выиграло совместное предприятие «Ростеха» и группы ИСТ экс-миллиардера Александра Несиса и партнеров — «Триаркмайнинг». Предполагалось начать добычу в 2019–2020 годах, а также построить в забайкальском Краснокаменске гидрометаллургический комбинат. Но в 2019 году «Ростех» вышел из проекта. Несмотря на многолетние усилия группы ИСТ, особого успеха в освоении Томторского месторождения достигнуто не было, говорит Хазанов. Худалов из «Вектора Икс» полагает, что хотя сроки освоения Томторского месторождения сдвинулись, добыча на нем все же начнется. «Думаю, первую руду мы увидим в 2026–2028 годах», — говорит он. Связаться с группой ИСТ и ее владельцами Forbes не удалось.
Еще одну попытку предпринял в 2016 году производитель удобрений «Акрон», запустив в Великом Новгороде выпуск оксидов РЗМ из апатит-нефелиновых руд, обогащенных на принадлежащем компании ГОК «Олений Ручей» в Мурманской области. Объем инвестиций составил $50 млн. Однако из-за низкой рентабельности производство было остановлено в 2021 году.
В погоне за суверенитетом
Получив в свое распоряжение СМЗ и Ловозерский ГОК, «Росатом» планирует в ближайшие два года вложить в оба предприятия 7,5 млрд рублей, чтобы построить новый завод по производству не полуфабрикатов, а именно РЗМ в чистом виде и в виде оксидов. Почему это произошло только сейчас?
«Ранее преобладало мнение о возможности полагаться на зарубежную продукцию в этом сегменте, но сейчас стало очевидно, что без собственных решений страна становится чрезвычайно уязвимой к внешнему давлению, — говорит Худалов из «Вектора Икс». — Китай сегодня дружественная нам страна, но китайские компании боятся западных санкций, что заставляет их вводить ограничения на поставки в Россию».
«В собственном производстве РЗМ было да и, наверное, остается не так много экономической целесообразности, — рассуждает Калачев из «Финама». — Перспективные месторождения, как правило, расположены на труднодоступных территориях с суровыми природными условиями и с отсутствующей транспортной и энергетической инфраструктурой. Плюс в стране практически нет технологий и особенно производства соответствующего технологического оборудования для выделения и разделения отдельных РЗМ из добываемых полиметаллических руд. А главное — отсутствует гарантированный спрос на отдельные металлы в количестве, достаточном, чтобы окупить инвестиции и операционные затраты на производство».
Эксплуатация действующих зарубежных заводов была более выгодной, чем строительство в Соликамске нового, объясняет Димухамедов. «Ведь завод — это не только железо, — говорит он. — Это еще и персонал, отлаженные техпроцессы, портфель покупателей. Но в последние годы мы осознаем, что технологический суверенитет становится важнее, чем вопросы экономики».
В рамках подпрограммы в составе госпрограммы «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» профинансирован и исполнен широкий ряд научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР) по созданию современных технологий переработки редкоземельного сырья и выпуску отдельных видов продукции на основе РЗМ, говорит Димухамедов. Кроме того, были выполнены работы по поиску новых сырьевых источников РЗМ. «Так что сырье и технологии у нас есть, теперь стоит задача по исполнению следующего этапа — строительства предприятий, добывающих и перерабатывающих РЗМ», — заключает эксперт. По его словам, первая опытная установка по разделению РЗМ уже построена на площадке технологического партнера СМЗ — группы «Русредмет», который выступил подрядчиком по ее созданию. В планах СМЗ построить завод в 2026 году, а с 2027-го выпускать первые партии товарной продукции.
Текущая российская потребность в РЗМ оценивается в диапазоне 2000–3000 т в год, говорит Димухамедов. «Эта цифра плавает год от года, но в целом будет только расти», — уверен гендиректор СМЗ.
«Проект СМЗ по продлению цепочки извлечения редких земель из руд Ловозерского ГОКа может рассматриваться как полноценная альтернатива и импорту, и эксплуатации Томторского месторождения, — подытоживает Хазанов. — Его главное преимущество — возможность создания нового производства на площадке действующего предприятия в относительно сжатые сроки и за сравнительно небольшие деньги. В принципе его проектной мощности должно хватить на удовлетворение внутреннего потребления в России».